за шиворот – затрещала ткань – и с силой, словно мешок, несколько раз тряхнул.<бр />– Шляхтич, говоришь? Не скажешь, говоришь? Да я тебя, собачий сын… в долговую яму, на хлеб и воду… там запоешь… – Славута швырнул бессильное иссохшее тело на пол. – Ну?<бр />Бывший ротмистр на четвереньках отполз в угол комнаты.<бр />– Зашел… сам зашел… ко мне во двор… – заскулил он, как побитая собака. – Я же не знал… а шинкарь… я ему… возьми в залог…он спрашивает, сколько… я – пятьдесят… он – много… за сорок… откуда же мне знать…<бр />Последние слова прервал болезненный, надрывный кашель. Гнев кастеляна угас так же неожиданно, как и вспыхнул. <бр />– Дурак, – беззлобно бросил Славута, подавая руку бывшему приятелю. – Давай, вставай. <бр />– Доволен? – тот вытер рукавом текшую из носа кровь, затем оттолкнул протянутую руку и, опираясь о стену, поднялся.<бр />– Дурак ты, Рыгор, старый дурак, – кастелян хотел еще что-то сказать, но в этот момент часы на башне-браме пробили двенадцать раз. – Ладно, теперь ступай. И еще: за тобой долг в пятьдесят талеров. В течение недели уплатишь эконому. Дольше ждать я не буду.<бр />– Почему пятьдесят? Шинкарь сорок платил.<бр />– Десять заплатишь за то, что легко отделался. И скажи еще спасибо.<бр />– Да откуда я такие деньги возьму?<бр />– А это уже твоя забота. Но помни – свободное место в долговой яме всегда найдется, – кастелян повернулся к бывшему приятелю спиной и, чуть прихрамывая на раненую ногу, вышел – очевидно, княгиня уже ждет его в библиотеке, чтобы узнать последние обстоятельства дела.<бр />До библиотеки оставалось несколько шагов, когда кастелян услышал громкий возглас Катажины, затем раздался звон бьющегося стекла и что-то тяжело загремело. Славута со всех ног бросился к двери, дернул ручку – и замер на пороге.<бр />Катажина, шумно дыша, стояла в центре библиотеки, опираясь обеими руками на дубовый стол. На лице княгини алели пятна, грудь тяжело вздымалась. В дальнем углу, возле резного шкафа, стоял Кароль Станислав, рядом валялись осколки итальянской вазы и толстый фолиант. Подбородок князя чуть дрожал, глаза растерянно бегали по сторонам.<бр />– Входите, пан Славута, – незнакомым хриплым голосом произнесла княгиня. – Ваше присутствие желательно. А вас, Кароль, я больше не задерживаю.<бр />Несвижский ординат, бросив косой взгляд на кастеляна, поспешно вышел.<бр />– Не обращайте внимания, – Катажина опустилась в кресло. – <бр />Это личное, семейное.<бр />Славута нагнулся, поднял лежавшую на полу книгу – то было
