Оно жило в доме. Я понял, какие "народные" средства использовала моя бабушка. Мне стало ясно, откуда она так ярко знала тонкости превращения. Ведь этого не мог рассказать никто в деревне. Кроме неё. Мне стало ясно, кто убил моих родителей на самом деле. Почему она их сразу закопала, не сказав никому. Меня объяла ненависть и страх. Я выхватил нож со стола и направился прчь из дома. Но нет. Бабуля стояла у входа. Бабуля? Нет, монстр. - Уже уходишь? - с наигранной грустью сказала она, её кожа начала чуть свисать, глаза повернулись вертикально, уши разделились на две части. Одни безжизненно свесились вниз, другие торчали, как собачий хвост. Милую улыбку заменила отвратительна клыкастая челюсть, кожа посерела. Я сжал нож и воткнул его в сердце твари. Бабуля рассказывала, что этим их не убить, но я забыл про все. Лишь страх я знал. Глёрх свхватил меня за горло. - Я всегда знала, что ты сильный, - её голос звучал максимально невнятно, как будто говорила она с опухшим языком, - Мой мальчик очень силен. Мне пора уходить. Хочется повидать другие земли. Ты станешь хорошей заменой. Мой сильный мальчик. Ты выживешь. Ты сильный. Будь мужчиной. Она впилась в мою шею. Боже, как же приятно. Я не... не хочу, чтобы это... ааа! Черт, нет! Нет, пожалуйста! Убейте меня кто-нибудь!...схватил меня за горло. - Я всегда знала, что ты сильный, - её голос звучал максимально невнятно, как будто говорила она с опухшим языком, - Мой мальчик очень силен. Мне пора уходить. Хочется повидать другие земли. Ты станешь хорошей заменой. Мой сильный мальчик. Ты выживешь. Ты сильный. Будь мужчиной. Она впилась в мою шею. Боже, как же приятно. Я не... не хочу, чтобы это... ааа! Черт, нет! Нет, пожалуйста! Убейте меня кто-нибудь!...
