-Ваше величество, Совет... Я хочу сделать важное заявление.
У Элли учащенно забилось сердце. Безумная надежда загорелась крохотным огоньком в груди: неужели в Сюзан наконец проснулась совесть и она решила признаться?
Но этот огонек угас, когда Сюзан заговорила:
-Я думаю... нет, я почти уверена в том, что принцесса не хотела травить короля.
Вновь шепот среди зрителей. Королева дождалась, когда он утихнет, и продолжила:
-Наверное, ни для кого не секрет, что у нас с Элли возникли очень напряженные отношения с самого моего появления в королевском замке.
Советник Петри пробормотал себе под нос что-то утвердительное.
-Она не любила меня. Любить я и не заставляла. Она уже взрослая девушка, ей ни к чему мачеха. Я никогда не пыталась заменить ей мать.
Элли молчала. Она могла бы высказаться, могла бы наговорить много чего, но к чему это привело бы? Она ничего не добилась, ее бы лишь выгнали из зала. Так что приходилось молчать, стиснув зубы.
-Я даже старалась пореже попадаться ей на глаза.- изобразив горькую улыбку, поведала Сюзан. -Знала, как мое присутствие раздражает ее. А в последнее время принцесса вела себя совсем странно...
-Как именно?- спросил Генри с этой своей неприятной ухмылочкой.
-Она рассказывала королю Ричарду какие-то странным истории... Утверждала, что я на самом деле не та, за кого себя выдаю. И что я задумала что-то ужасное.
-Она на вас клеветала?- удивленно спросил советник Райорс.
-Можно и так сказать...- Сюзан передернула плечами. -Ее истории были довольны красочны. Если бы Ричард был менее умным человеком, то мог бы даже поверить ей.
"Так он все рассказывал этой суке...- Элли дрожала от гнева. -Каждое мое слово она слышала из его уст".
-А на свадьбе...- Сюзан замолчала, словно слова застряли в горле. -На свадьбе, во время праздника, когда все вокруг веселились, пили и танцевали, я один раз встретилась с ней глазами. И знаете что? В ее взгляде я увидела опасность.
Элли все больших усилий стоило молчать. Она бы заткнула себе уши, чтобы не слышать всей этой лжи, но цепи на руках не позволяли.
-Я думаю, принцесса не хотела травить своего отца. У нее с ним частенько возникали разногласия, но желать ему смерти? Нет, это слишком. Я почти уверена: тот яд предназначался мне.
