спокойно, даже со сдержанной радостью, говорит в такт её мыслей, что на всё воля Божья, что теперь им нужно будет вступить в брак. Лена счастлива, они обнимаются и целуются. Два месяца спустя. Лена сердится, что Николай всё медлит с тем, чтобы отнести заявление в загс. На этой почве у них разгорается бурный скандал, и Николай уходит, хлопнув дверью. Спустя некоторое время Лена остывает и хочет извиниться, звонит Николаю, однако он не берёт трубку. Лена едет к нему на квартиру, но оказывается, что он срочно съехал, и хозяйка не знает, куда. Картинка меняется. Лена в роддоме. Роды прошли благополучно, и акушерка приносит ей младенца, уже искупанного и запеленатого. Это мальчик. Лена смотрит на его маленькое личико, а внутри у неё всё сжимается от страха. Она до последнего надеялась, что Николай вернётся, и только эта надежда, а не греховность убийства, не давала ей сделать аборт. Но Николай так и не вернулся, а она боится растить ребёнка одна. Переведя взгляд на акушерку, Лена говорит: – Нет, я не могу… Она пишет отказную. Из роддома уходит одна, её никто не встречает. Первым делом идёт в церковь замаливать грехи. На душе становится легче, но её по-прежнему, пусть и не так остро, гложет чувство вины. Прошло несколько месяцев. Последние два дня Лена, сама не зная почему, постоянно вспоминает о своём сыне. Он снится ей, и во сне долгим печальным взглядом смотрит на неё. Лена решает сходить в дом ребёнка, где он должен сейчас жить. Там сначала ничего не хотят говорить, но ей удаётся убедить медсестру узнать, всё ли в порядке с малышом. Через некоторое время медсестра возвращается и бесстрастным голосом сообщает: – Сожалею, но два дня назад он скончался от пневмонии. Лена выходит из дома ребёнка, идёт по улице, а по щекам у неё текут слёзы. Она старается убедить себя, что это не её вина, что на всё воля Божья, что малыш попадёт сразу на небо, но настойчивый голосок откуда-то из глубины души твердит, что она лжёт сама себе. Несколько лет спустя. Лена сидит на своём рабочем месте и смотрит в монитор. Внезапно ей становится плохо, она пытается позвать на помощь, однако всё расплывается перед глазами, и она падает лицом в клавиатуру… Она так и не поняла, что это было: инфаркт, инсульт или нечто иное. Это уже не имело значения. Свет погас для неё навсегда… Витя, между тем, бежал по бункеру всё дальше и дальше, постепенно замедляя темп и начав блокировать за собой двери. Он машинально пользовался разработанным им
