Чёрт! Представить это так же сложно, как и понять, как выглядит шестимерное пространство! – воскликнул Витя и даже улыбнулся. Впрочем, спустя секунду он вновь помрачнел и продолжил: – Но вы сказали про бесконечно малое время… Т.е. получается, что… А, ну да, скорость мысли бесконечна! Путь равен произведению скорости на время, т.е. произведению бесконечно большой на бесконечно малую, и если рассмотреть скорость и время как функции и допустить, что предел их произведения существует, мы можем получить константу… Точно, тогда мы можем воспринимать бесконечно малое время как некоторый конечный интервал времени! И думать, что время по-прежнему идёт, хотя на самом деле оно фактически остановилось! – Умный! – невесело усмехнувшись, бросил Пётр. Опять настала тишина. Лена, судя по выражению её лица, очень хотела возразить Петру, но то ли не нашлась, что сказать, то ли так и не решилась. В конце концов, она просто продолжила прерванную молитву. Витя же немного успокоился и, прошедшись несколько раз из стороны в сторону, заговорил вновь: – Так, допустим, мы умерли. И теперь нам надо, исходя из ваших слов, избежать уничтожения и пойти дальше, правильно? И для этого мы уходим от… хм, Ничто? – Да. – Т.е. если мы сейчас пойдём дальше по этому бункеру, то, рано или поздно, избежим встречи с Ничто и попадём во что-то другое? – Нет. От Ничто нельзя просто уйти. Со временем бункер кончится, а за ним будет что-то другое, но, в конечном счёте, мы просто вернёмся туда, откуда пришли, а Ничто будет идти следом. – Тогда мы всё это время шли лишь затем, чтобы отсрочить встречу с Ничто? – Именно. – А как тогда… хм, уйти от Ничто? – Я не знаю, – отозвался Пётр и добавил: – Попытайтесь вспомнить, что вы сделали не так. Ни один человек не оказывается здесь случайно. Попытайтесь вспомнить, осознать и раскаяться. Возможно, это поможет. – Хм… а если это сработает, то куда мы попадём? – Не знаю. Я не успел выяснить, – Пётр сел на корточки и прикрыл глаза ладонью. Судя по всему, после воспоминания о своей смерти он потерял желание идти дальше и вести остальных. Витя попытался вспомнить, что он сделал не так, но ничего не вышло. Он вообще вёл образцовую жизнь: соблюдал правила, слушался старших, ни над кем никогда не издевался. Что он сделал не так? Не общался со сверстниками в школе? Ну так все они были намного глупее, в этом нет его вины. Не создал семью? Ну так он создал бы, если бы не… Витя по-прежнему не помнил свою
