Мать отказалась от нее, едва увидев после рождения. В 15 лет ей было предназначено заживо сгнить в доме для престарелых. Когда сама родила без мужа ребенка, его насильно отняли врачи: “Ты калека и не сможешь вырастить малыша”. Бед и унижений, выпавших на долю 56-летней Веры Котелянец, с лихвой хватило бы на многих. А она считает себя счастливой. Солнцу радуется, хорошей погоде, тому, что встала с утра с кровати — и ничего не болит. Двойной радуге, которая словно для нее раскинулась в небе после дождя. Все не хуже, чем у других, у Веры Котелянец. Только нет у нее обеих рук по самые плечи. И никогда не было. — Я раньше тоже думала: почему именно мне выпало родиться такой? — рассуждает Вера Петровна. — Судьбу свою проклинала. А теперь по-другому рассуждаю: такие, как я, обязательно должны быть. Чтобы другим служить примером. Чтобы люди, посмотрев на мои страдания, сравнили их со своими горестями и стали добрее. Мол, у нас еще ничего, еще терпимо. Господь на меня особое внимание обратил. Я ведь убогая. У бога я, значит, на особом счету… Без права на счастье — Где у вас руки можно помыть? — обращаюсь к хозяйке. — Да кто его знает, в ванной, наверное, — отмахивается она. — Для меня, сама понимаешь, этот вопрос никогда не стоял. Вера Петровна берет одной ногой веник из туалета, другой — совок и, скоро орудуя ими, подметает. Включает ногами газовую плиту и просит меня разложить салат по тарелкам. А сама, зажав ложку между головой и шеей, в той точке, где обычно начинаются руки, начинает клевать с ложки по кусочку. Я стараюсь не смотреть — понимаю, что человеку это может быть неприятно. — Да я привыкла уже к праздному вниманию, — усмехается Вера Петровна. — А куда деваться? Я сама себя особенной не считаю. Может, смысл моей жизни в том и состоит, что я не сдалась. Не позволила людям себя унизить и растоптать. Родилась Вера на волжском приволье, а росла в тени холодных гор, в крошечном городке Куса, что за уральским хребтом. Из роддома безрукую девочку-“отказницу” отправили в Оренбургскую область в дом малютки. А уже оттуда, в три года, перевели в интернат для малолетних инвалидов. Его обитатели: безногие, хромые, горбатые. Не старше 15 лет. Некоторые с трудом передвигались на громоздких инвалидных колясках. Другие были прикованы к кровати. Как в фильме ужасов. На дворе стояли 50-е. Огромная страна семимильными шагами шагала в светлое будущее. В котором не
