звуками, которые весьма характерны употреблению чего-либо жидкого – причмокиванием и глотанием. Второй погасил до половины докуренную сигарету и выбросил в распахнутое настежь окно. В лицо ему, как под заказ, дунул легкий весенний ветерок. – Вообще-то я просто хотел сказать всего лишь одно слово, – как бы оправдываясь, произнес Девятый, разбивая тишину негромким звуком собственного голоса. – С чего ты взял, что я собирался начинать разговор? Может, это было началом монолога? Второй, подняв на секунду руки, обессилено швырнул их вниз и тяжко вздохнул, не найдя ответа на заданный вопрос. После молча подошел к своей кровати, сел и залпом допил оставшееся в простой металлической кружке вино. В комнате на несколько десятков секунд вновь стало тихо. Затем Второй голосом обреченного на смертную казнь человека изрек: – Ладно, хрен с тобой и с твоим монологом… Валяй, толкай тут свои монологи хоть до самого утра, плевать. Я спать буду. – Мы ведь еще не допили… – Вот допьем – и спать. – Хорошо. – Давай посуду. Девятый встал, подошел к кровати Второго и послушно подставил опустошенную чашку. – На весу не наливают… – буркнул Второй. – Ой, да ладно тебе… Ну хорошо, я мизинчик подставил. Второй разлил оставшееся вино в чашки-кружки и поставил пустую бутылку возле кровати. Девятый, в свою очередь, тут же взял ее и швырнул в окно. Мгновением позже раздался характерный звон. – Ну и зачем ты это сделал? – возмутился Второй. – Сейчас же вахтер прибежит, выяснять с какого этажа… – Какой там вахтер, не смеши людей! Если даже он до сих пор не спит, то уж точно не захочет отрывать глаза от телевизора, а задницу от стула, чтобы идти в час ночи выяснять, с какого этажа и из какой комнаты вылетел неизвестный стеклянный объект и вообще вылетел ли он из общаги, или прилетел извне. – Считай, убедил. Только проветрить надо будет комнату. На вахтера, ладно уже, пофиг, но от коменды завтра звездюлей получать как-то не в кайф. – Что верно, то верно. Ничего, к утру проветрится. Только уже не завтра, а сегодня. – Ну да. Девятый взял кружку с вином, подошел к окну, поставил на подоконник. Достал из пачки сигарету, воткнул ее в зубы. Затем, задумавшись над чем-то на пару мгновений, вынул сигарету изо рта и положил рядом с пачкой. А еще через секунду вновь поднес ее к губам, подкурил, затянулся. – Итак, девять, – начал вновь свой прерванный монолог Девятый. – С какой стороны не глянь – сразу становится ясно: это
