/>ПРОКЛОВА. Два миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей. КАРЛ. Почему так много? ПРОКЛОВА. Потому что ты урод. Ты даже не понял, что измял не фантик от конфеты, а королеву, ещё вчера вечером бывшую девственницей. Ты не понимаешь и того, что первый мужчина определяет всю дальнейшую судьбу женщины. Самое страшное состоит в том, что первый мой ребёнок, от кого бы он не родился, всё равно будет похож на тебя. И он всю жизнь будет таким же уродом, как ты. Вот за это ты и должен заплатить мне три миллиона восемьсот пятьдесят тысяч рублей. КАРЛ. Нет, я не урод. Ты зря боишься за своего будущего ребёнка. Бандит Карл Абасов умер. Твоим первым мужчиной был новорождённый ангел. Во мне ещё нет ничего. Я чистый лист бумаги. Я снег, выпавший далеко за городом. Я лунный свет, ликующий под молоденьким ледком ноябрьской речки. Неужели ты не видишь, что моё тело светится? ПРОКОЛОВА. Как гнилушка в отхожем месте. КАРЛ. Ты действительно была девственницей? ПРОКОЛОВА. А это что, по-твоему? КАРЛ. Японский флаг. ПРОКОЛОВА. Это наша свадебная простыня. А это кровь моя девичья. КАРЛ. Не подходи ко мне. ПРОКОЛОВА. Ночью ты хотел, чтобы твоя смерть была такой же красивой, как я. КАРЛ. Не подходи ко мне. ПРОКОЛОВА. Ты боишься? КАРЛ. Я хочу читать. Я хочу читать купленные мной книги! ПРОКОЛОВА. Тогда читай вслух. КАРЛ. «Он не знал, кто эта девушка. Он не знал, почему она стоит у окна на лестнице посреди ночи. Он любил эту девушку. Он знал, что только с нею будет счастлив. И она будет счастлива только с ним. Когда Илларионов осторожно тронул её за плечо, девушка вновь всхлипнула. «Могу ли я что-нибудь сделать для вас?» – «Рука, – сказала она голосом низким, как поклон. – У меня очень болит рука». Девушка с ужасом рассматривала рваный шрам, которого никогда не было на её руке. Она была не в силах найти какие-либо объяснения всему случившемуся с ней. «Пойдёмте ко мне. Я промою и перевяжу вашу руку». ПРОКОЛОВА. Странно. Как будто про нас с тобой написано. Ты тоже всю ночь кусался. Смотри, как руку прокусил. КАРЛ. Я перевяжу твою рану. ПРОКОЛОВА. Нет, читай книгу дальше. Я хочу знать, что будет с нами дальше. КАРЛ. Не хочу. ПРОКОЛОВА. Я сама читать умею. «Илларионов скончался с выражением горестного удивления на лице, и пока мозг его не умер, пока не остыла в нём кровь, по всему его телу расходилось эхо от последнего вопроса, обращённого к нему на этой земле: «Ты ведь хотел
