Священник прокашлялся, сплюнул и начал речь. -Мы собрались здесь, чтобы отправить в последний путь Георга Флина. Как нам всем тяжело. О, мы страдаем. Но нужно жить дальше, дамы и господа, ведь сегодня во "Фракийской руине" играет "Тварь с Запада", и попасть туда - долг каждого из нас. Она бесподобна, черт ее дери... -с мечтающим видом протянул святой отец, но тут же спохватился и осенил себя молниеносным крестом. Толпа немного оживилась после упоминания "Фракийской руины", хотя многие как и раньше равнодушно ковыряли носком землю, сморкались, теребили одежду или просто отупелым взглядом смотрели куда-то вдаль. Паренек лет двадцати семи, в шляпе с широкими полями, прогуливался поодаль и насвистывал, а у самого гроба разместилась группа неустанно льющих слезы бедолаг, которым предварительно раздали кляпы, дабы их рыдания не перебивали похоронную речь. Никто из расстроенных не возразил против кляпов, скорбящих собрали в одну кучку, кто-то из них попадал на колени, кто-то и вовсе плашмя лежал на земле. Остальные присутствующие не были примечательны и прекрасно сливались с пасмурным и промозглым днем. Священник поговорил еще пару минут и обратился к присутствующим с вопросом, хотят ли они что-нибудь добавить. Парень шляпе прервал насвистываемую "Somewhere beyond the sea", чем вызвал чье-то возмущенное "Ну вот!", и вызвался сказать пару слов на прощание усопшему. -Не смотря на то, что преобладающим и основным цветом окраски волка является серый, оттенки остевого волосяного покрова волка могут быть более темными или светлыми в разных местах. Возможно, это и есть отличительная черта каждого индивида среди волков, ведь даже в одной популяции окрас особей может несколько различаться. Но все они однозначно свирепые хищники и нельзя об этом забывать. У меня все." Раздались аплодисменты, кто-то громко свистнул, а говоривший поправил шляпу, наклонился и взял в руки немного земли, чтобы бросить ее на гроб, который был уже опущен, но остановился, увидев, как рыжий прыщавый парнишка лет четырнадцати вытащил свой бутончик и начал мочиться на гроб. Один из бешено скорбящих проглотил кляп и завопил, что больше этого не вынесет, а мужчина лет сорока, стоящий близко к мальчугану, с размаху дал хулигану подзатыльник. Судя по всему, силу подзатыльника он не рассчитал, так как паренек повалился прямо на гроб в свою же мочу. Лежащий с воплями на земле страдалец вынудил многих из присутствовавших заткнуть
