а чем нам питаться до этого? Рики молча продолжал скалиться, понимая, что они правы, но так просто отказаться от своего брата он не мог. Только недавно он говорил ему, насколько сильна их братская преданность. А теперь получается, он должен был открыто показать, что для них он проста никому ненужная обуза, от которой стараются избавиться даже собственные братья. Такие мысли вызывали у него лишь яростное негодование и стыд; а слова Кевила вообще вывели его из себя. - Рики перестань. Ну, предположим мы протянем эти полгода, а что дальше? Мы так и будем кормить его как годовалого тигрёнка? Каждый из нас годами старательно оттачивал своё охотничье мастерство. Я преуспел в скорости, Бари нет равных в силе, Тори в мастерстве маскировки, а ты Рики лучший следопыт. А в чём преуспел Брейзи; в трусости, или в делёжке общей добычи? Ты ведь сам видел, насколько он жалок и бесперспективен на охоте, а самое главное он боится убивать! И это не считая позорных слухов о нас, которыми полнится весь юг. Нас, грозных хищников, которых все должны боятся, и уважать поднимают на смех все кому не лень, видя, как мы всей толпой прыгаем вокруг него! Сидя в тишине пещеры, Брейзи слышал каждое слово и на его глазах постепенно наворачивались слёзы. Хоть он и был труслив, но он никогда не позволял себе открыто плакать, только иногда, когда сердце щемило от обиды и терпеть уже не было сил, он тихо забившись в угол пещеры мог изредка окропить свои лапы несколькими каплями своей печали. И сейчас эти слёзы были ничем иным как терзавшей его душу виной перед братьями, вынужденных все своё свободное время проводить на охоте, делясь с ним последними добытыми кусками мяса. - Мне плевать на всякую болтовню! – Яро зарычав, Рики, что было сил, ударил лапой по земле. – Какова уважения вы хотите, если вы как последние скупердяи готовы променять собственного брата на лишний кусок мяса! Это не он позорит наш род, - это вы позорите его! И если мои убеждения неспособны изменить вашего решения, то возможно мои когти смогут переубедить вас! Выпустив когти, обнажив до предела клыки и подняв шерсть, напряжённое тело Рика увеличилось вдвое, первый раз, в жизни представ перед братьями в столь устрашающем облике. Переглянувшись между собой, Кевил и Тори предпочли отступить. - Можешь бросить эту бессмысленную показуху – нахмурился Бари – никто из нас не собирается драться с тобой. Если ты и правда настолько яро готов жертвовать собой ради него, то я не буду мешать этому,
