самые отважные, те, кто не боялись таинственной лиловой темноты, разбавленной голубым лунным светом, потихоньку выбирались из белых сугробов своих кроватей. Стоя босыми ногами на холодном полу, выглядывали украдкой из-за шторы. Затаив дыхание, следили за вереницей огоньков, которая, то исчезая, то снова появляясь, вилась мерцающей гирляндой, бросала размытые отсветы на изрытую трещинами кору стволов. Динь-динь... Тренькают колокольчики, навевая сон. Динь-Динь... Незаметно стирается грань между реальным и сказочным. И уже непонятно, на самом ли деле эти отблески свечей в кованых фонариках, качающихся в такт шажкам? Сливающийся в упоительную мелодию монотонный перезвон, он звучит или снится уже... Но, всегда, проснувшись на следующее утро, ощущали сначала уверенность, а потом, годы спустя, уже не её, но всё же надежду на чудо. Это она вела нас к тому лучшему, что имеем. В ком-то она живёт, к том-то теплится еще. Так пусть не погаснет. Пусть будет нам дано до глубокой старости хоть изредка, выглянув осенью в окно, расслышать в шелесте и шорохах чуть слышно звенящие бубенчики детства.
