говорит: - Есть у меня сын, такой красавец, тебе он обязательно понравится. Из вас получится замечательная пара. Я сейчас его позову. Сказав последнее слово, она громко квакнула и ускакала далеко в темноту. Несколько минут Дюймовочка стояла, не зная, что делать. Раньше она даже из дома не выходила, всё время проводя возле окна. Теперь же оказалась совершенно одна, на незнакомом ночном болоте. Повсюду доносились странные звуки, шорохи и голоса. Сладковатый запах перегноя кружил голову и сбивал мысли. Вдалеке уже послышалось кваканье приближающейся жабы и её сыночка, когда девочку посетила разумная мысль. Она достала из подольного кармана уголек, и стала что-то быстро рисовать, на листе под собой. - Вот мой сыночек, - сказала жаба, когда вернулась. - Не правда ли красавец? - Ну и урод, - скривилась в душе Дюймовочка, а вслух улыбнувшись сказала, - очень симпатичный. - Бре-ке-кекс! - довольно проквакал новоявленный жених. - Брей-мне-кекс! - Просто очарование, - согласилась жаба. - Я сейчас вас оставлю, сегодня свадьба, а вы ведь даже не знакомы. Пообщайтесь, молодежь. И снова куда-то упрыгала, оставив Дюймовочку с сыном наедине. Жаба несколько минут смотрел на девочку слезящимися глазами, похотливо облизнувшись размашисто вильнул бедрами и недвусмысленно двинулся к ней. Поняв чего от нее хочет это чудовище, девочка мысленно содрогнулась и не сдерживая эмоций плюнула ему в лицо. Жених, видимо, этого не ожидал, потому обиженно квакнул и двинулся быстрее. Но тут же остановился, непонимающе глядя на красавицу, которая вскинула к небу руки и громко запела: - О Боги врат, и стражи подземелий, Внемлите дочери и жрице вы своей... Дюймовочка нараспев читала темное заклятье, вызывая одного из духов мрачного ада. Жертва, которую нужно было принести, сейчас находилась рядом, потому ничто ей не угрожало. Когда же пентаграмма под её ногами замерцала кроваво-красным сиянием, девочка изо всех сил оттолкнулась от листочка, на котором находилась, и прыгнула в воду. А пораженный развернувшимся перед его глазами зрелищем жених, тупо смотрел как в воздухе появляются очертания ХварДхаара, пожирателя душ. Поднятый невидимой рукой жаба взмыл в воздух и, прежде чем, его тело разорвало на части, окрестности огласил предсмертный отчаянный квак умирающего. Когда его мать успела вернуться, к её лапам упала лишь уцелевшая голова единственного сына, из которой уже был извлечен мозг. Она держала в руках окровавленную голову сына и
