Сидели мы с бабулей за столом, уже поздновато около 10 вечера, она новости вечерние смотрела, с ее то - зрением в минус 18. Очень близко, в сантиметрах 10-15 от экрана, ладони держа над бровями, прикрывая огромные линзы от очков. Что-то говорили вновь про обманутых вкладчиков и повышение цен. А Бабуля упорно ругала всех депутатов и Акимов. Мне же доставалось сидеть рядом и пытаться делать уроки, ну просто рядом с телевизором, у которого громкость на полную мощность, было тяжело, но другого выхода у меня не было, это была единственная комната. В доме, конечно, была кухня, но очень маленькая, бабушкина комната и деда, вот в последней дедушкиной, творилось нечто. Но об этом позже. Бабушке на тот момент было где-то 85, точнее мне она приходилась прабабушкой, а деду 62, это ее сын. Уже больше месяца с нами проживал мой брат двоюродный, Шурик. Так вот они с дедом были больше месяца в запое. О, это было целое испытание для нас, в частности для меня. Что я только с ними не делала, а пили они «Агдам», «Талас», от нее вони было, жуть. Я и разбивала, даже брата поливала ей, а ему абсолютно все равно, он даже не мылся. Представляете? Они с дедом жили в одной комнате, поэтому я, вначале сказала, что там творилось нечто. Ну конечно месяц пить, беспробудно. Вскоре запас наличных кончился, и алюминий в гараже тоже. Ну, думали все теперь отойдут. Куда уж там. Дед работал у соседей на сто, через забор, сторожем, правда, оно давно не работало, и там была скорее стоянка. Вот раз за ночь он делал обход и проверял. Даже находясь в нетрезвом состоянии. Но вернемся к тому вечеру. Уже два дня как они перестали пить, конечно, каждому из них досталось. Дедуля еле ходил, ноги почти отказали, а Шурик почти не вставал. Ну, так вот. Сижу я пишу сочинение. Залетает брат, в одних трусах, зрелище не для слабонервных. 2 метра роста, худющий, словно скелет из кабинета биологии, обтянутый кожей, да после пьянки еще бледный, волосы взъерошены, небритый, в очках, где одно было разбито. Падает передо мной на колени, и шепчет: - «Сестренка, у тебя же мама хорошая, добрая, она ведь вернет мне мою душу?» - «Шурик ты совсем гонишь? Какая душа? О чем ты?» - «Она забрала мою душу, понимаешь? Я боюсь, вдруг, она не отдаст?» - «Иди, спать ложись, совсем заболел что ли?» - «ааа, что мне делать?» - и выбегает из комнаты. Бабуля ничего не слышала, слишком увлеклась новостями. Минут через 10, думаю надо пойти посмотреть. Вышла, смотрю все тихо.
