Сэм открыл глаза, но тут же был вынужден вновь зажмуриться из-за яркого света, который сквозь зрачки разъедал мозг, как кислота. Свет этот был явно искусственного происхождения, так что в голове Сэма возник резонный вопрос: где он?
Вновь открыв глаза, но превратив их в этот раз в узенькие щелочки, Сэм нашел источник света. Это была обыкновенная лампа, висящая под потолком. Сэм даже разглядел на ней крошечные пылинки, которые блестели на ней, как микроскопические алмазы.
Потолок выглядел вполне обыкновенно. Сэм сел, и с удивлением обнаружил, что находится на холодном железном операционном столе.
Оглянувшись, он увидел, что вокруг больше никого нет. Заметил ещё одну странность: в больничной палате было шесть ламп, но работала по непонятной причине только та, что висела прямо над ним.
Потом Сэм осмотрел себя самого, и удивился ещё больше. Он был одет в серый деловой костюм, черные, ровные, будто только что выглаженные брюки и зелено-красный полосатый галстук. На ногах блестели в свете лампочки остроносые лакированные туфли.
Если его собрались оперировать, то почему не раздели? Почему уложили на стол прямо в одежде? Сэм почесал подбородок, и обнаружил, что он абсолютно, просто идеально гладкий. Будто он побрился минуту назад.
-Эй! - крикнул Сэм куда-то в сторону двери.- Есть здесь кто-нибудь?
Ответом ему была тишина.
Сэм встал, размяк затекшие конечности и медленно прошелся по палате. Это была не операционная, а обычная больничная палата, в которой практически полностью отсутствовала техника. Только в углу на специальном высоком трехногом столике примостился старенький телевизор. Сэм подошел к нему и наклонился. Ему не верилось в то, что он видит.
На древнем выпуклом экране едва-едва виднелся зеленовато-черный след, который иногда остается, когда выключаешь телевизор. Но он зависает на экране всего на две-три секунды, не больше! Получается, этот телевизор выключили совсем-совсем недавно? Но это невозможно. Сэм увидел бы или услышал. Он находится в сознании уже минут пять.
-Эй!- опять крикнул Сэм.- Тут кто-то есть?
Молчание и глушь, прерываемая лишь шумным дыханием самого Сэма.
До его ноздрей долетел какой-то запах. Сэм узнал его почти сразу. Нельзя не узнать запах только что сваренного кофе!
Сэм нашел источник этого аромата рядом с койкой, на тумбочке. От чашки с кофе шел довольно сильный пар. Сэм дотронулся до чашки и тут же отдернул руку. Она была очень горячая, будто
